Финансы и потребности


В августе 1998 г. американский Биг Мак стоил 2 доллара 40 центов, в августе 2008 уже 3,57. Цена Биг Мака за десять лет выросла почти в полтора раза, или, что то же самое, покупательная способность доллара упала в те же 1,5 раза. А теперь умножим 11 долларов (8 августовских 1998 г. долларов за баррель – такая же временная аномалия для цены на нефть, как и 150 долларов августа 2008) на 1,5 и мы получим 16,5 долларов за баррель сырой нефти – ту цену, что и запрашивали бы в августе 2008 г. производители нефти, если бы та не превратилась в финансовый инструмент.

Единственный критерий, которому должен соответствовать финансовый инструмент – прибыль от его использования должна быть намного выше инфляции. Чем успешнее финансовый инструмент, тем больше денег он аккумулирует, чем быстрее растет прибыль от его использования, тем меньше финансовый инструмент связан с его реальной основой – ценой производства товара и ценностью его для потребления.

Заканчивается бурная жизнь любого финансового инструмента одинаково: реальный рынок отказывается от потребления товара, ставшего успешным финансовым инструментом. Непосредственные потребители той нефти, контракты на поставку которой заключались в августе 2008 г., получили ту же нефть по уже вполне комфортной цене в 60 долларов за баррель, но воспользоваться этим они не смогли, поскольку продавцы нефти вынуждены были компенсировать свои убытки в 90 долларов на каждой бочке нефти, изъяв их из другого финансового инструмента – акций тех самых потребителей сырой нефти…

Начиная с 2000 г. производство нефти растет гораздо меньшими темпами, чем оно росло при цене менее 20 долларов за баррель, в США в последнее время производство даже не росло – сокращалось. Рост производства отражал действительную потребность рынка в черном золоте, но рост его цены – потребности рынка финансового. Рынок, порожденный резким увеличением поступления в Европу драгоценных металлов и служивший при своем рождении лишь аккумулятором денег, не нужных для оборота реальному рынку товаров и услуг, превратился со временем в паровой котел самой примитивной конструкции. Давление пара в этом котле постоянно нарастает вплоть до той поры, пока не превысит возможностей связанных с ним механизмов, призванных извлекать из этого давления полезную работу – производства и потребления, затем срабатывает предохранительный клапан, выпуская большую часть пара в свисток, при этом и производители, и потребители оказываются на грани выживания – механизмам не хватает пара

Вместо того, чтобы ликвидировать этот ненадежный и опасный котел, мы постоянно чиним его клапан, обвешивая сам котел все большим количеством датчиков и регуляторов, призванных ограничить давление в котле разумными на наш взгляд пределами, но клапан неизбежно всякий раз срабатывает, и лишь свисток с каждым разом становится все громче.

За последнюю четверть века мировой продукт вырос в четыре раза, а денежная масса в сорок. Лишние деньги ищут себе применение и находят его в необеспеченных кредитах и претензиях на претензии, выпускаемые в свет претендующими на иные претензии… В дело идет все, что может служить финансовым инструментом, пока не потребуются изъятия реальных денег из этих инструментов: все претензии в конечном итоге упираются в цену реального продукта или капитала и скукоживаются до истинных размеров цены продукта и капитала, начинается кризис ликвидности.



РЫНКОСТРОЕНИЕ      38  39  40